помощь сайту

Если Вы считаете наш сайт полезным для себя и пользователей, посещающих наши страницы, то нам понадобится Ваша поддержка и помощь! Все подробности можно узнать в этой теме.


twitter

vkontakte

youtube




Подходит ли Дакота на роль Джейн?
Всего ответов: 7354




Дневники вампира / The Vampire Diaries

Настоящая Кровь / True Blood

Академия вампиров / Vampire Academy



Главная » Статьи » Слэш и НЦ

Сжигая мосты. Бонус
POV Джейкоб Блэк

Изабелла Свон – от одного только её имени у меня потели ладони и захватывало дыхание каждый раз с тех пор, как я впервые познакомился с ней в свои пятнадцать. И дело было не в том, что она старше меня, нет, и не в том, что она представляла собой сногсшибательную красотку, нет, всё не то. Что-то было в ней чистое, нежное, светлое, недосягаемое, от неё веяло девственностью и неискушённостью. Именно так, я чувствовал это, потому что уже в свои пятнадцать был далеко не девственником. Природа щедро одарила меня ростом, симпатичным лицом и сильным мускулистым телом – что ещё нужно девчонкам-подросткам, чтобы влюбиться в крутого парня на железном коне и вешаться ему на шею. Ну а я был не против такого расклада, гормоны бушевали в крови, постоянно хотелось секса, и я себе в нём не отказывал.

Но Белла была другая. И хотя она старалась вести себя как старшая со мной, даже периодически отчитывала меня или разговаривала покровительственным тоном – я не воспринимал всерьёз её настрой на возраст, я ощущал себя даже старше. А ещё я чувствовал, что у нас с ней есть что-то общее, мы как будто были родственными душами, так легко мы могли болтать обо всём на свете.

Я влюбился в неё почти сразу, но она упорно делала вид, что я для неё как младший брат, даже не предпринимая попытку взглянуть на меня под другим углом – и меня это бесило. Я хотел её до безумия, хотя она не была обладательницей роскошной фигуры, нет. Но она была трогательно хрупкой, словно из фарфора, с тонкой шеей, стройными ногами и маленькой круглой попой, выделяющейся через обтягивающие джинсы – её любимый предмет одежды.

Я не из тех, кто сдаётся или отчаивается, поэтому, даже видя её настрой по отношению к моим попыткам ухаживания, не терял надежды заполучить Беллу. До тех пор, пока не понял, что Каллен уже пасётся возле её дома с утра до ночи. Этот рыжий столб просто бесил меня своим высокомерием, хорошими вышколенными манерами, напускной галантностью и заумной речью. Он говорил и вёл себя так, словно вовсе и не был подростком, а будто бы уже родился взрослым. Нормальные парни так себя не ведут в семнадцать лет, но Белле, судя по всему, как раз это нравилось.

Она мечтала о принце, разговаривающем так, словно он из прошлого века, – она его получила. Я знал, что по Каллену сохнут многие девчонки из школы Форкса, но я думал, что Белла-то разбирается в людях и не поведётся на красивую оболочку и напускные манеры. Но она повелась, повелась настолько, что согласилась выйти за него замуж в восемнадцать лет.

В тот день, когда я узнал об этой новости, я крушил всё в своей комнате, выплёскивая ярость, которая грозилась порвать меня на куски. Моя Белла выходит замуж за чересчур правильного, ненастоящего, наигранно-идеального Каллена, будь он неладен. Эта мысль разъедала мой мозг, я выбежал на воздух и как был босиком в одних шортах, побежал куда глаза глядят, в лес, только чтобы не чувствовать эту боль. Я отчаянно вонзался босыми ступнями в почву, не замечая, как палки и мелкие камни впиваются в кожу, не чувствуя, как ветки хлещут по лицу и торсу, не чувствуя ничего, кроме оглушительного стука собственного сердца, отдающего в виски.

Когда силы закончились я, как последний слабак, свалился на землю лицом вниз и зарыдал, зарыдал в голос, чего никогда раньше не делал. Я дал волю чувствам, зная, что никто не уличит меня в подобном унизительном для мужчины занятии. Стало легче, но что-то оборвалось внутри, какая-то жесткость и ненависть поселилась там, какое-то остервенелое чувство пренебрежения ко всему.

Я ненавидел Каллена, злился на Беллу за разрушенные мечты и не мог больше влюбиться ни в одну красотку. Нет, я любил женщин, любил ласкать их нежные стройные тела, любил доставлять им удовольствие, но на этом глубина моих чувств заканчивалась. Чем старше я становился, тем меньше позволял себе встречаться с одной и той же девушкой больше двух недель. Это было просто с моей внешностью, и я этим пользовался. Мне стоило зайти в какой-нибудь бар в Порт-Анжелесе в пятницу вечером и я уже имел себе грудастую любовницу на ближайшие несколько недель.

Я не знаю психологию девушек, но надо быть полной дурой, если считать, что парень, подцепивший тебя в баре и трахнувший в тот же вечер, готов на тебе жениться. Нет, возможно, бывают исключения, но лично мне от них нужен был только секс, никакой любви и привязанности – к чёрту эти сентиментальности.

Меня вполне устраивала моё жизнь, я уже обзавёлся собственным делом и чувствовал себя неплохо, меняя женщин. Хотя, стоит признать, что после шести лет такого существования я начинал задумываться – к чему это приведёт и как долго я ещё буду мстить Белле в лице всех женщин штата Вашингтон.

Это странно, но даже после того, как она вышла замуж и позже родила дочь, я чувствовал дрожь в коленях, стоило кому-то произнести её имя. Эта прозрачная, почти плоская миниатюрная брюнетка с большими карими глазами настолько глубоко засела в моём сознании, что я не мог забыть её и где-то в душе надеялся на то, что напускная благородность Каллена когда-нибудь треснет по швам и Белла увидит его настоящее лицо.

Не знаю, чем я заслужил ещё одни шанс, но судьба послал его мне прямо в руки, когда я узнал, что Белла вернулась в Форкс с дочерью. Уже на следующий день я под каким-то дебильным предлогом вломился в дом Чарли, так нестерпимо мне хотелось видеть её. Мне сложно передать словами те ощущения, которые прошли сквозь меня, стоило мне увидеть любовь всей моей жизни – Изабеллу Свон. Она почти не изменилась, такая же тонкая, хрупкая, бледная, трогательно-неуклюжая, только появились тёмные круги под глазами и сами глаза были потухшими, они не светились той нежностью, от которой я когда-то терял разум. Белла выглядела так, словно из неё выкачали жизнь, но даже это не помешало мне убедиться – я всё ещё люблю её.

Где-то глубоко под корой моего мозга копошилась мерзкая мысль, что я вовсе не люблю Беллу, а просто хочу отомстить Каллену и доказать самому себе, что могу завоевать женщину, которую хочу. Я не стал придавать этому значение, Белла была здесь, она разочарована, а я хочу заполучить её.

Я повзрослел, кое-чему научился в отношениях с женщинами за прошедшие годы и знал, что пока не стоит давить на неё. Я показал ей при первой встрече, что готов стать её другом, а дальше оставалось ждать, когда она сама проявит инициативу. Признаться, ждать было сложно, меня постоянно тянуло к дому Чарли, но я стойко терпел, боясь всё зарубить в самом начале. Чтобы терпеть было легче, я снова подцепил очередную легкомысленную девку в баре, где мы решили выпить с Сетом.

Однако я не учёл того факта, что Белла может без предупреждения заявиться ко мне домой, что и произошло субботним утром. Пока я в одних трусах стоял на крыльце, соображая, как выпутаться из дурацкой ситуации и не завалить всё на корню, Белла уже собралась было уехать. Я не мог допустить этого, поэтому наплёл что-то про помощь, вернулся в комнату, быстро выпроводил девчонку из своего дома и на всех парах направился на пляж.

Пришлось выкручиваться из ситуации, я не мог допустить, чтобы Белла посчитала меня бесчувственным бабником, использующим женщин, хотя я таковым и являлся. Она поверила мне, её наивность поражала, а я тут же поклялся себе, что больше никаких девок. Теперь, когда моя мечта маячит перед носом, когда у меня есть все шансы заполучить Беллу, я не могу позволить себе упустить его. Придётся завязать член в узел и терпеливо ждать, у меня нет больше права на оплошность.

Одно мне было известно наверняка – чёртов Каллен изменил ей, повёлся на желания своего члена, предав Беллу и все её чистые чувства. Я уже знал, что должен стать для неё другом, опорой, помощником, защитником, кем угодно, только не любовником – иначе я не завоюю её доверия. Она ранена слишком глубоко, этой ране надо дать время затянуться, и я готов был ждать. Ради мечты всей своей жизни – готов.

Признаюсь честно, было трудно тянуть её из депрессии, но я терпел и тянул. Ещё одной сложной задачей оказалось понравиться Ренесми, но и с ней я успешно справился. Мне нравилась эта малышка, она пылала жизнью и неуёмной энергией. Я полюбил её, несмотря на то, что она была похожа на Каллена. К чему скрывать, я знал, что путь к сердцу женщины лежит через её детей, но мне на самом деле нравилось возиться с Ренесми, возможно потому, что в душе я сам был ребёнком.

Сначала было тяжело перестроить себя и свою жизнь, начать думать о ком-то, кроме себя. Особенно трудно было повернуть своё сознание на сто восемьдесят градусов, забыть свой прошлый образ жизни и стараться жить ради другого человека. Однако я быстро втянулся и уже спустя несколько месяцев не представлял себе, как можно жить по-другому. Я всё старался делать ради неё – мне нужно было найти способ взбодрить её, вдохнуть в неё смысл жизни, выветрить из сознания образ Каллена.

Я начал с главного – с её образования, которого она так хотела получить, но не получила. И, о чудо, она послушала меня, а я видел, как появились искры жизни в её глазах. Она уже не была похожа на привидение, теперь Белла получила цель в жизни, а я еще на один шаг приблизился к её сердцу.

Казалось, моё терпение безгранично, но на самом деле я был на пределе своих возможностей. Прошло полгода с момента её развода, и я посчитал, что это достаточный срок, чтобы предпринять попытку. Я чувствовал, что еще месяц без секса в условиях, когда перед твоим носом постоянно крутится объект твоих грёз – и я завою на луну, словно дикий волк.

Я совру, если скажу, что ни на что не рассчитывал, когда пригласил Беллу в Кристалл Маунтин. Я рассчитывал, ещё как рассчитывал, но я и мечтать не мог, что мне настолько повезёт – Каллен решил свозить Ренесми в Дисней-Лэнд, а значит, два дня были полностью в нашем распоряжении.

Всё шло как по маслу, Белла светилась радостью, а я продолжал наблюдать за ней, замечая все её движения, её реакцию на всё происходящее вокруг. Белла будто бы сама шла ко мне в руки, согласившись поужинать дома. Мы выпили вина, и она пожаловалась на боль в спине. Я лихо подхватил идею с массажем, наблюдая, как она, стесняясь, слегка задирает футболку, оголяя белоснежную поясницу. Я радовался, словно ребёнок, возможности прикоснуться к её нежной коже на правах массажиста-друга, однако я не учёл тот факт, что не смогу остановиться.

Кожа Беллы была невероятно бархатистой на ощупь, прикасаясь к её тонкой пояснице, я ощущал под своими ладонями всю её хрупкость и податливость. Я сам не заметил, как мои руки заскользили выше, оголяя всю спину Беллы. Это глупо, но или в отсутствии секса, или в долгом ожидании, но я возбуждался уже от того, что массажировал спину своей любимой. Когда же она издала лёгкий стон, я потерял контроль, высказав вслух свои ощущения.

Она тут же села, забыв одёрнуть футболку и представив моему взору небольшую аккуратную грудь с идеально круглым розовым соском, отчего я и вовсе потерял разум. Белла смотрела на меня непонимающим, растерянным взглядом, но я уже не мог сдерживать себя – я резким движением притянул её к себе и поцеловал.

Боже, я впервые поцеловал Изабеллу Свон. Теплота и мягкость её губ, неуверенные движения языка сводили меня с ума. Она отвечала на поцелуй, а когда прошептала: «Пойдём наверх», я не сразу поверил своему счастью.

Я безумно хотел её, хотел так, что едва не порвал на ней одежду с одной целью – овладеть ею сейчас же. Но я медлил, растягивая удовольствие, не желая пропустить хоть секунду этого волшебного действия, наслаждаясь каждым сантиметром её тела, любуясь её наготой.

Когда терпеть уже не было сил, я медленно вошёл в неё, наслаждаясь её теснотой, влажностью, горячностью и податливостью. Белла стонала от удовольствия, прикрыв глаза, цепляясь за меня тонкими пальцами. Я сам едва сдерживал подступающий оргазм, наблюдая, как раскраснелись её щеки, как с приоткрытых губ срываются хриплые стоны, как приподнимаются её стройные бёдра навстречу моим глубоким движениям.

Я, словно желторотый юнец, повторял про себя таблицу умножения, чтобы не опростоволоситься и не кончить раньше Беллы, настолько долго и терпеливо я ждал этого момента. В оргазме она была невероятна, такая прекрасная, чувственная, откидываясь на подушки и запрокидывая назад голову, выгибая спину, громко крича, пока я продолжал двигаться, ощущая сильные спазмы вокруг своего члена. Ещё секунду и я кончил сам, изливаясь на её плоский живот, издавая утробный рык.

Я был счастлив, не веря своей радости. Белла была моей, она отдалась мне искренне, и теперь я знал, что всё возможно в этой жизни. Не упуская момента, я признался ей в своих чувствах, хотя это было против моих принципов. Но дело касалось Изабеллы Свон, а в этом случае все мои принципы и устои катились к чёрту.

Пока мы находились в одной постели, я не мог остановиться. Мой член словно сошёл с ума после полугодового простоя, он слишком бурно реагировал на Беллу. Стоило мне едва коснуться её груди, он уже был в полной готовности.

Казалось, Белла хотела меня так же, как и я её. Она податливо перевернулась на живот и послушно упёрлась руками о кровать, когда я вознамерился взять её сзади. Я невероятно возбуждался, покрывая спину Беллы поцелуями, лаская руками её нежную кожу, сжимая пальцами упругое бедро. Зафиксировав её стройное тело в одном положении, я плавно вошёл сзади, испытывая острое ощущение наслаждения. Это ощущение усиливалось в несколько раз, когда до моего слуха доносились стоны Беллы, когда я видел, как трепещут её ресницы от каждого моего толчка, как учащается её дыхание, как она цепляется за простыни. Мне льстил тот факт, что я могу доставить ей удовольствие, что она млеет от моих прикосновений, что ей хорошо в моих объятьях.

Я хотел сделать ей ещё более приятно, хотел, чтобы она поняла, что я лучший. Мои движения нарастали, я всё сильнее сжимал её бёдра, пока не почувствовал сокращение её внутренних мышц. Белла стонала, обессилено опрокинув голову на подушку, уже не упираясь руками о кровать, а я продолжал двигаться, растягивая её удовольствие, пока сам не кончил, падая рядом с Беллой.

Мне казалось, что сил моих не осталось, что я испытал самые сильные оргазмы в моей жизни и больше ни на что не способен в ближайшие несколько часов, но мой член так не думал. Он снова упрямо поднялся, стоило Белле выскользнуть из постели голой и продемонстрировать мне круглую упругую задницу. Повинуясь своим инстинктам, я прошагал следом за любовью всей моей жизни в ванную, с одним единственным намерением – взять её ещё раз под струями тёплой воды. Теперь я уже точно знал: Изабелла Свон – моя, и я не собираюсь делить её с кем бы то ни было!

На мою радость, Каллен оказался ещё большим придурком, чем я о нём думал. Он сумел накосячить так, что мне и в самом желанном сне не приснилось бы. Белла была в ярости, а я специально дал ему понять, с кем теперь делит постель его бывшая жена, испытывая при этом какое-то мерзкое чувство превосходства. Держу пари, он испытывал то же самое, когда буквально увёл Беллу у меня из-под носа восемь лет назад.

Я знал, что Белла влюблена в меня, казалось, она сама обнаружила это нечаянно, после первого поцелуя, и я радовался, что не стал тянуть с этим еще дольше. Приближался её день рождения, и мне не нравилось, что она подружилась с ещё одной Каллен, которая постоянно названивала и лезла в нашу жизнь. Эта Каллен, Элис, кажется, однако была полезна в тот день – она устроила настоящий праздник и заставила Беллу преобразиться.

Я чуть было не потерял челюсть на полу, когда увидел Беллу в обтягивающем чёрном платье, в туфлях на каблуках и с красивой причёской. Она была неотразима, улыбаясь мне, а я ощущал острое желание, наблюдая за её движениями. Белла была невероятно сексуальной, я будто бы увидел её в другом свете и влюбился ещё сильнее, не веря, что она принадлежит мне.

Мне едва удалось дождаться окончания праздника, так нестерпимо хотелось стянуть с неё это платье. Она спустилась на кухню, где я пытался отвлечься от мыслей о сексе монотонной работой, и моё терпение лопнуло. Я приступил к действиям, чувствуя, как пульсирует кровь в члене. Белла, казалось, сама едва сдерживалась, настолько чутко её тело отзывалось на мои прикосновения. Пока я стягивал с её плеч платье, лаская грудь и наслаждаясь её шумными выдохами, краем глаза я заметил припарковавшуюся машину на заднем дворе. Мне потребовалась секунда, чтобы по форме фар определить модель и марку – у механика на это глаз намётан.

Догадываясь о том, кто и для чего припарковался тут, я продолжал ласкать Беллу, задирая её платье, целуя бёдра, отодвигая ткань трусиков, проникая пальцами внутрь, возбуждаясь ещё сильнее от её влажности и горячности. Что ж, если Каллен вознамерился посетить нас – добро пожаловать!

Я был настроен серьёзно. Опрокинув Беллу на стол, я коснулся языком её клитора, продолжая двигаться пальцами внутри, одновременно зажимая её рот, не давая громким стонам вырваться наружу. Изабелла Свон была невероятно страстной и сексуальной. Я почти забыл о припаркованном Вольво, пока ласкал клитор своей любимой, чувствуя, как она посасывает мой средний палец.

Пульсирующая боль в члене становилась невыносимой, но я продолжал свои ритмичные действия пальцами и языком, чувствуя, что Белла уже близка к оргазму. В самый неподходящий момент раздался звук автомобильного гудка, и я понял – Каллен всё видел. Внутренне ухмыльнувшись своему превосходству, я придвинул возбуждённую Беллу к себе за бёдра и, расстегнув одну лишь ширинку, резко вошёл в неё, подавляя стон наслаждения.

Меня невероятно возбуждал вид Беллы, распростёртой на столе с раскинутыми в сторону ногами, зажатым моей ладонью ртом, с собранным платьем на талии и трусиками, всё ещё занимающими своё место. Я едва вытерпел, пока она кончит первой, чтобы кончить следом за ней.

Белла выглядела усталой и удовлетворённой, но это не помешало нам повторить, уже стоя у стены. Когда же я отнёс её, полусонную, наверх и уложил в постель, я знал – она счастлива, и от осознания того, что я способен сделать её счастливой, сам испытывал радость. Да, я счастлив с ней, счастлив так, как никогда ещё не был в своей жизни, счастлив настолько, что хотелось идти до резервации пешком и орать песни во всю глотку, пугая ночных птиц.

Когда же я узнал, что Каллен сматывается в Китай на полгода – моему счастью и вовсе не стало предела, хотя я старался особенно не демонстрировать эти чувства Белле – она не должна была знать, что меня это волнует. Я не хотел казаться слабым или мстительным, хотя где-то глубоко внутри моя тёмная сторона танцевала на раскалённых углях ада, удовлетворённая тем, что Каллен получил по заслугам, когда узнал, что Белла теперь моя, убегая в Китай, поджав хвост.

Эти полгода были самыми счастливыми в моей жизни. Мне удалось убедить Беллу, что она талантливый фотограф. Я познакомил её с Эмили, а уж она-то окончательно вправила Свон мозги именно так, как она умеет. Единственное, что меня огорчало, так это частые встречи Беллы с этой мелкой Каллен, потому что они непременно проходили в местах, где толпились оравы подвыпивших мужиков. Я доверял Белле, но всем известно, что пьяная женщина себе не хозяйка. Меня начинала колотить дрожь, когда я думал, чем могут закончиться подобные встречи, я не доверял Элис, она могла учудить всё, что ей заблагорассудится.

На этой почве мы сильно поругались с Беллой, я чувствовал себя идиотом, но страх потерять её, страх, что она встретит кого-то лучше меня и уйдёт – он постоянно теплился во мне и это был комплекс. Комплекс неполноценности, который взрастил во мне чёртов Каллен, отобрав любовь всей моей жизни, а потом бросив, как надоевшую игрушку.

Я мог перестроить себя полностью ради Беллы, мог научиться жить только ею и её счастьем, но единственное, что было сильнее меня – это ревность. Она сжигала меня изнутри, затмевая рассудок, и я выходил из себя, пугая Беллу. После подобных сцен я ругал себя за слабость, зная наверняка, что это отталкивает Беллу, клянясь самому себе, что такого больше не повторится, но стоило ей задержаться на очередной тусовке с Каллен – я снова выходил из себя, чувствуя, как поджариваюсь в агонии ревности.

Время от времени я подумывал сделать Белле предложение, я даже купил кольцо, но что-то останавливало меня каждый раз, и я знал, что именно – Белла не готова к новому этапу отношений. Порой мне казалось, что она никогда не будет готова, но я отгонял от себя эти мрачные мысли, надеясь на лучшее и уверяя себя, что ей просто нужно больше времени.

Однако я понял, что времени нет совсем, когда в день выставки Беллы объявился Каллен. Мне хватило секунды, чтобы понять – между ними прошлась искра. Каллен пялился на мою девушку так, словно хотел сожрать, у меня не оставалось сомнений – он хочет её и он снова в игре. От осознания этого холодело сердце, потому что я понял – Белла не остыла к нему, её зарытые чувства всколыхнулись, стоило ему улыбнуться своей противной улыбкой и сказать пару приторных слов.

К чему скрывать – я испугался. Комплекс неполноценности разрастался внутри меня с невероятной скоростью, ревность сжигала сердце, а от страха снова потерять Беллу, снова отдать её ему – бросало в холодный пот.

Предчувствие чего-то страшного толкало меня на глупые поступки. Я ощущал, что могу снова остаться ни с чем, и это заставляло меня торопиться. Я сделал Белле предложение, и, о чудо, она согласилась. Моей радости не было предела, она застилала мне глаза и это было моей очередной ошибкой. Если бы ещё тогда, в ресторане, я бы внимательнее наблюдал за Беллой, я бы понял – она не хочет за меня замуж. Но я был счастливым глупцом и хотел верить в сказки.

Белла не носила кольцо на пальце, она придумала какую-то дурацкую отговорку, и это должно было меня ещё раз заставить подумать над правильностью моего решения. Но я боялся думать об этом, я не хотел признаваться самому себе, что стою на пороге ямы, в которую затягиваю себя сам. Я продолжал верить в лучшее, хотя уже понял – Каллен вернулся не просто так, он будет действовать, и самое страшное было то, что я знал – Белла слишком слабовольна перед этим подонком.

Ко всему прочему Ренесми стала странно относиться ко мне, она будто бы винила меня в том, что теперь вместе с её матерью я, а не Каллен. Это разозлило меня ещё сильнее. Единственная верная и крепкая ниточка, тянущаяся к сердцу Беллу, вот-вот грозила порваться из-за вмешательства ненавистного Каллена. Я знал, оборвись эта нить – и у меня нет шансов в борьбе с отцом её ребёнка. Ребёнок – слишком сильное связующее, особенно если его отец жаждет заполучить его мать снова в свою постель.

И снова ревность и ярость заполонили моё сердце, я снова совершил ошибку, ведомый этими чувствами. Я ворвался в офис к Каллену, кипя от негодования, но эта мразь была настолько спокойна и самоуверенна, что у меня руки чесались набить ему его приторную морду. Я высказал ему всё, что о нём думаю, но он лишь ухмылялся своей слащавой улыбкой, говоря о том, что Белла ему нужна.

Не выдержав, я набросился на него, но он вызвал охрану и меня выперли на улицу. Мне бы промолчать и не говорить об этом Белле, но я снова сделал глупость – рассказал ей об этом. Я вообще понял, что совершаю лишь сплошные глупости и делаю ошибки с тех пор, как Каллен вернулся в нашу идеальную жизнь. Я винил его во всех грехах, хотя где-то внутри понимал, что все мои ошибки из-за страха и неуверенности в себе.

Меня убивало то, что все мои действия только усугубляют наши с Беллой отношения, которые уже были натянуты до предела. И хотя она уверяла, что любит меня, я чувствовал – она сомневается в своих словах.

Хоть я и чувствовал, что делаю всё неправильно, что Белла чувствует мою неуверенность в себе, я уже не мог остановиться. Я потратил все свои сбережения и купил дом в наивной надежде, что Белла обрадуется этому. Какой придурок, я ведь знал, что она не хочет жить вместе, что не готова, но она согласилась выйти за меня, и я ухватился за это мнимое согласие, как за спасительную соломинку.

Реакция Беллы меня уничтожила, она буквально растоптала меня, закатав в асфальт все мои чаяния и надежды. Это было больно, настолько, что я не мог понять, почему она так реагирует, а может быть не хотел понимать, не хотел верить.

У меня было время подумать, целый день на раздумье, и я понял, что давно нужно было всё переосмыслить. Я люблю Беллу, но она права, я давлю на неё, давлю с тех самых пор, как появился Каллен. Всё было так хорошо и гладко, я почти успокоился и уверился, что это навсегда. Неожиданно я осознал, что своими поступками усугубил всё до такой степени, что наши отношения с Беллой на грани разрушения. Я, по сути, своими руками душил их, протаптывая дорожку Каллену в жизнь Беллы. Чёрт, а этот ублюдок хороший стратег, он как будто бы ждал моих оплошностей, ждал, пока я начну косячить, и я оправдал его ожидания.

Хорошенько обдумав всё, я понял, что необходимо успокоиться и остановиться. Я уже однажды завоевал доверие Беллы терпением и поддержкой, значит необходимо продолжать терпеть, ждать и наслаждаться тем, что уже имею. Только так можно удержать её, она должна верить, что я всегда готов прийти на помощь, что я её друг и понимаю её, что я не обижу и не предам.

Решив так уже поздно вечером, я отправился к её дому, полный желания поговорить и выяснить отношения. Однако едва её дом показался вдалеке, как моё сердце защемило тугими плоскогубцами – машина Каллена была припаркована во дворе. Я остановился за несколько домов, хватая ртом воздух, чтобы справиться с кипящей ревностью. Первым порывом было бежать к ним и вытряхнуть его из её дома, но я хорошо помнил о том, к чему приводят мои глупые действия, совершённые в спешке и под сильными эмоциями.

Я обхватил голову руками и стал считать до десяти, чтобы успокоиться. Это просто машина, она ничего не значит, Белла не такая, она не предаст меня, она не разлюбила только из-за того, что я купил нам дом. Немного придя в себя, я набрал её номер. Долгие длинные гудки врезались в мой разум калёным железом – она не отвечала. Ярость снова вспыхнула во мне, самоконтроль практически испарился, когда я вознамерился выскочить из машины, но тут входная дверь дома Свон приоткрылась и из неё вышел Каллен. Я в немом удивлении наблюдал, как он садится в машину и уезжает.

Досчитав еще раз до десяти, чтобы успокоиться, я направил свой автомобиль к дому Чарли. Я старался быть спокойным, но слегка удивился, когда Белла бросилась ко мне на шею после того, что она наговорила утром – это заставило меня напрячься, что-то было не так.

Я оглядывал комнату в поисках улик преступления, шагая на кухню, но ничего не нашёл. Пока Белла варила кофе по моей просьбе, я вглядывался в её лицо, пытаясь найти в нём ответы на свои вопросы, но она хорошо скрывала свои эмоции. Я хотел проверить, способна ли Белла на ложь, и спросил её, почему во дворе нет её машины. Она слегка смутилась, сообщая, что ездила к Элис и оставила её там. Внутри я немного расслабился – пока Белла говорила правду, но также я знал, что эта ещё не вся правда и боялся услышать её. Но язык сам продолжал спрашивать, а Белла продолжала говорить правду.

Когда же я, не выдержав прессинга ревности, спросил, есть ли у неё что-то, что она скрывает от меня, я получил такой ответ, который можно было лишь сравнить с ударом в пах без предупреждения – она целовалась с Калленом!

Первое мгновение я не мог поверить своим ушам, но Белла выглядела такой расстроенной и виноватой, что сомнений не осталось – я слышал то, что слышал. Моё мужское самолюбие завладело мной, я, не говоря ни слова, встал и стремительно вышел на улицу, направляясь к своей машине, пока Белла что-то кричала и пыталась меня остановить.

Я завёл машину, зажёг фары и уже было выжал сцепление, чтобы дать заднюю, как вдруг понял, что совершаю очередную глупость под действием эмоций. Если я сейчас уйду, повинуясь гордости, это будет означать только одно – я проиграл, проиграл в самом начале сражения, я сдался, выставив белый флаг и отдав Беллу на растерзание Каллену.
Нет, я не могу вот так сдаться и бросить всё, к чему стремился многие годы. Я слишком много изменил в себе ради того, чтобы быть с ней, слишком многим пожертвовал, чтобы завоевать её, я слишком сильно люблю, чтобы оставить всё вот так.

Я уверенно заглушил мотор, выключил фары и вернулся в дом прямиком в объятья любимой. Мы много говорили, и я чувствовал, она жалеет о случившемся и раскаивается. Я уже точно знал – Белла хочет быть только со мной, именно сейчас она выбрала меня, а, значит, я сделаю всё, чтобы укрепить её выбор. Плевать на дом, на свадьбу, на общих детей – это всё подождёт. Главное, что она выбрала меня, что ей со мной лучше, счастливей, спокойней и надёжней. И мне всё равно, если у неё остались какие-то чувства к Каллену, будь он неладен, я хочу быть с ней, она хочет быть со мной – это главное.

Казалось, всё наладилось. Я успокоился, и наши отношения с Беллой укрепились под действием признаний и принятия общего решения. Однако наступил её день рождения, и Каллен опять нарисовался в деловом костюме и с цветами. Никто не знает, чего мне стоило вытерпеть его присутствие, его блеяние, когда он поздравлял Беллу, но я справился.

Когда же мне пришлось отлучиться на кухню для того, чтобы зажечь свечи на торте и напомнить официантам, что его пора вывозить, Каллен воспользовался моей отлучкой и, как последний ползучий гад, пытался что-то выяснить у Беллы в узком коридоре возле женского туалета. Когда я наткнулся на них, Каллен промямлил что-то о том, что я счастливчик и, развернувшись, уныло протопал в зал. Я смотрел на Беллу и не мог понять, что происходит, но у меня хватило мозгов не задавать лишних вопросов. Она выглядела потерянной, разбитой и болезненной. Я тут же среагировал на её просьбу увезти её домой.

Я знал, в таком состоянии ей нужна моя поддержка и моё присутствие, и я остался. Белла быстро отошла от своего унылого состояния и даже успела удивить меня, щедро одарив меня качественным и чувственным минетом, от которого я чуть было не потерял голову.
Когда же я, витая в облаках от счастья, решил вернуть долг своей любимой и доставлял ей удовольствие языком, с её губ сорвалась фраза, от которой у меня не только пропала эрекция, но почернело сердце.

Я резко оторвался от неё, сев на край кровати и обхватив голову руками, сжимая её с силой, потому что в висках эхом долбилось: «Я так хочу тебя, Эдвард!». Секунда понадобилась мне на то, чтобы понять – это конец! Чтобы осознать, что всё, что я делал, пошло прахом, потому что она любит его, так всегда было и так всегда будет. Я просто понял, что мне не за что больше бороться, её сердце принадлежит ему, а я устал склеивать разбитые Калленом осколки и довольствоваться одним из них. Это было унизительно, настолько, что меня тошнило в прямом смысле этого слова.

Я уже не понимал, люблю Беллу или ненавижу. В тот момент я ненавидел её, ненавидел за её ложь, ненавидел за то, что дала мне надежду на счастливое будущее в который раз, ненавидел за потраченные зря усилия, ненавидел за то, что она не моя и никогда моей не была, что я придумал себе её образ, вообразил, что она идеал – и влюбился в этот идеал, преследуя его с высунутым языком, словно преданный пёс.

Я устал быть псом, я устал от унижений, устал жить ради неё, ради её счастья, устал от ревности, от неуверенности в её чувствах, от страха потерять то, что, по сути, никогда моим и не было. Всё это было отвратительно и мерзко, отдавало гнилым запахом предательства и самообмана. Я вдруг остро ощутил, что меня использовали, когда был нужен друг, хотя я сам радовался, что могу быть ей чем-то полезен. Однако это противное чувство, что тобой попользовались и вышвырнули на помойку, глубоко засело в моём чёрном сердце.

Я высказал ей всё, что думал, почти всё, и выскочил за дверь, боясь наделать глупостей. Ненависть и ощущение безнадёжности разрывали мою грудь. Да, я слабый, я нашёл утешение в алкоголе и сексе с первой попавшейся на глаза блондинкой – на брюнеток мои глаза больше смотреть не могли.

Но надолго это не помогло, только до следующего утра. С восходом солнца протрезвела голова, прозрели глаза, и я уже с отвращением выпроваживал из своей постели блонди. Я искренне надеялся, что возврат к моей прошлой жизни, наполненной женщинами и сексом, спасёт меня от моего горя, но в ту же ночь я понял, что уже нет.

Я не хотел видеть Беллу, но мне пришлось увидеть её в день рождения Ренесми, когда я пришёл поздравить её и подарить игрушку. Я заметил её краем глаза, но, на моё удивление, моё сердце не ёкнуло и даже не участило удары, что означало только одно – унижение, которое я испытал по вине этой женщины, убило все мои светлые чувства к ней.

Но боль осталась со мной. Я еще несколько раз пытался повторить попытку вернуться в привычный образ жизни, придирчиво выбирая обладательницу самой красивой мордашки и самой роскошной фигуры в очередном баре, но плотские утехи приносили облегчение лишь на несколько часов.

Вскоре я узнал, что Свон уехала в Нью-Йорк, и, признаюсь честно, вздохнул с облегчением. Так лучше, так легче переживать боль, зная, что она далеко и нет ни единой вероятности, что она попадётся тебе на глаза.

Я был потерял, раздавлен и понятия не имел, что хочу от жизни и что мне дальше делать. Привычка любить Беллу настолько глубоко въелась в мою душу, что отказавшись от этой привычки, я как будто потерял самого себя. Ничего меня не радовало, и не было рядом человека, который бы поддержал, понял тебя и помог выбраться из этого персонального ада. Сет пытался помочь по-своему, затаскивая меня в очередной бар Порт-Анжелеса, а я не сопротивлялся, радуясь новой возможности притупить боль дозой крепкого алкоголя.

Дафна, новоиспечённая жена Сета, уже через час вызвала его домой, а я остался в баре, по привычке выискивая глазами очередную девчонку, погрудастее и понаглее. И вот я уже присмотрел свою новую блондинистую жертву в коротком розовом платье, обтягивающем фигуру так, что, казалось, пышная грудь вот-вот выскочит наружу. Девушка резвилась на танцполе в окружении подруг и парней-неудачников, которые на что-то надеялись. Они просто не знали, что я уже положил глаз на эту девчонку и она будет моей этой ночью.

Я уже было приготовился встать, чтобы начать охоту, но тут на меня налетело что-то, обливая мою рубашку горячей жидкостью, которой, судя по запаху, оказалось кофе.

— Что за чёрт! — в ярости я поднял глаза на виновника моего ожога и тут же замер, когда увидел перед собой тонкую высокую девушку-официантку, смотрящую на меня виноватыми изумрудными глазами, прожигающими насквозь.

— Простите, — промямлила она нежным голоском и, пока она пыталась оттереть пятно от кофе с моей рубашки, я разглядел её лицо: вздёрнутый маленький носик, пухлые губы, милые ямочки проступали на щеках, когда она смущённо улыбалась.

Но больше всего меня поразили её волосы – ярко-рыжие вьющиеся волосы, собранные в хвост на затылке. Она смотрела на меня так открыто, что я, сам не понимая, что несу, еле слышно пробурчал:

— Ты как солнышко…

— Что, простите? – её голос был не низким, напротив, он звучал высоко, звонко, но было в нём что-то чарующее. Что-то, что вывело меня из пьяного ступора и всколыхнуло какие-то мёртвые ноты в моей душе.

Я бросил взгляд на её бейджик и сердце пропустило удар – её звали Элизабет. Не знаю, что меня так удивило в её имени, но я как будто слышал его где-то, наверное, в хорошем сне.

— Элизабет, всё нормально, ты во мне сейчас дыру протрёшь, — проговорил я, слегка улыбнувшись ей.

— Извините ещё раз, — ответила она и уже развернулась, чтобы уйти к стойке бара за новой порцией кофе.

Я, повинуясь какому-то внутреннему чутью, слегка схватил её за запястье и встал из-за стола, понимая, что она совсем немного ниже меня ростом.

— Элизабет, что вы делаете сегодня после смены? – вдруг вырвалось у меня.

Возможно, это покажется смешным, но я почувствовал острую потребность выяснить это, хотя был уверен, что задал вопрос не для того, чтобы затащить её в постель, как планировал сделать с блондинкой в розовом платье, я просто захотел узнать поближе это рыжее чудо.

— Э-э, планировала лечь спать, — ответила она, внимательно разглядывая меня.

— Заманчивая перспектива, — улыбнулся я ей, замечая, что она немного дёрнула уголками пухлых губ. – Можно проводить вас до дома?

Я вдруг почувствовал сильное волнение и только сейчас до меня дошло, что я, Джейкоб Блэк, который может затащить любую красотку в постель, боится получить отрицательный ответ всего лишь на приглашение проводить до дома. Я сам не заметил, как всего за секунду мой лоб покрылся испариной, пока Элизабет принимала решение.

— Пожалуйста, — перешёл я в наступление, — это было бы хорошей платой за ожог и испорченную рубашку.

Я с удовлетворением заметил, что девушку улыбнулась моей шутке.

— Хорошо, — проговорила она, — я освобожусь в двенадцать.

Я искренне улыбнулся ей в ответ, сам не осознавая до конца, что творю. Одно я знал точно – у меня пропало желание охотиться за «розовым платьем». Эта девушка с зелёными глазами прошла мимо, опрокинула на меня поднос с кофе и одновременно что-то затронула в моём сердце, что-то расшевелила там одним своим взглядом, и я не мог не проверить, что именно…

Источник: http://twilight-saga.ru/forum/44-8533-1
Категория: Слэш и НЦ | Добавил: crazy-mum (10.02.2015)
Просмотров: 629 | Комментарии: 8
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Все люди [8170]
Общее [507]
Альтернатива [5693]
Продолжение саги [1586]
Актерская жизнь [2379]
Отдельные персонажи [829]
Стеб [238]
Слэш и НЦ [3327]
Флешбек [48]
Мини-фики [492]
Наши переводы [2376]
Кроссовер [278]




Реклама и ссылки на другие сайты в чате запрещены


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Администраторы
Модераторы
Дизайнеры
Переводчики
Старейшины
VIP
Творческий актив
Проверенные
Пользователи