помощь сайту

Если Вы считаете наш сайт полезным для себя и пользователей, посещающих наши страницы, то нам понадобится Ваша поддержка и помощь! Все подробности можно узнать в этой теме.


twitter

vkontakte

youtube




Какое у вас разрешения экрана по ширине?
Всего ответов: 1080




Дневники вампира / The Vampire Diaries

Настоящая Кровь / True Blood

Академия вампиров / Vampire Academy



Главная » Статьи » Слэш и НЦ

Падший ангел. Глава 3.
Яркие солнечные лучи согревают и дарят коже восхитительное жемчужное свечение, завораживая отбрасываемыми бликами. Босых ног мягко касаются бархатистые перышки белоснежной дымки облаков. Легкий ветерок беззаботно треплет тяжелый водопад волос за спиной и развевает полы эфирного платьица. Сердце радостно стучит в груди, отдаваясь гулким эхом в голове, легкие заполняет такой свежий, чуть терпкий аромат солнечных цветов.

Я счастлива! Я дома!

Но вдруг что-то изменяется. Безвозвратно! Воздух вокруг вибрирует, становясь вязким и тягучим. Легкие беспощадно сковывает, а сердце в ужасе замирает.

- Ты недостойна неба! – неожиданно, больно резанув слух, раздается громоподобный голос Отца. - Ты будешь наказана за свои прегрешения!

Все вокруг вертится, солнце гаснет, наполняя пространство непроглядной темнотой, ветер из легкого становится резким, хлещущим по лицу. Я с силой сжимаю веки. Мои ступни ощущают холод и твердость поверхности, тело сотрясают судороги, вынуждая выгибать позвоночник. Ноги больше не держат и я, упав на колени, чувствую невыносимую боль, пронзающую тело, заставляя издать вопль.

Боль жуткая, словно тупой зазубренный нож, медленно, чересчур медленно, впивается в мою плоть и отсекает что-то родное. Безумно родное. Я вновь издаю раздирающий душу вопль…
И распахиваю глаза…


Комната наполнена золотистым светом, проникающим сквозь занавески приоткрытого окна.

Это кошмар. Всего лишь очередной кошмар.

Сев в кровати и глубоко вздохнув, я стараюсь унять не на шутку разогнавшееся сердце, и тут мой взгляд падает на ладони.

Нет, нет, нет!

Они все в крови.

Одним резким движением откинув одеяло, я спрыгиваю с кровати. Меня тут же окутывает запах железа, неприятно щекочущий нос, желудок рефлекторно сжимается, а к горлу подкатывает вязкий комок. Простынь и подушка пропитаны кровью. Одеяло покрывают отпечатки ладоней в виде грязно-алых разводов.

И только сейчас я чувствую неприятное жжение и ноющую боль в спине.

Это не возможно.

Дрожащими руками срываю постельное белье. Собрав все в кучу, быстрым шагом направляюсь в ванную, и тихонько прикрыв за собой дверь, бросаю белье в угол.

Подойдя к зеркалу, осторожно заглядываю в него. Волосы взъерошены и перепачканы запекшейся кровью. В крови так же лицо и частично пижама. Глаза, округлившиеся от страха, теперь напоминают две огромные плошки. Развернувшись спиной, я осторожно, стараясь не делать резких движений и не причинить лишней боли, стягиваю футболку. Нерешительно оборачиваюсь. То, что предстает взору, заставляет покачнуться.

Шрамы больше не таковые! Затянувшиеся края вновь разошлись, из-за чего ранее кровоточащие раны теперь покрыты засохшими корками.

- Мари, детка, - Неожиданно раздается голос Чарли за дверью, вынудивший меня подпрыгнуть. – Ты уже встала? Завтрак на столе. Я уезжаю на работу, до вечера.

Через пару минут слышу звук захлопнувшейся двери.
Отлично.

Засыпав порошок и засунув белье в барабан, не без труда включаю стиральную машинку. Быстро сбежав по лестнице на кухню, я начинаю по очереди распахивать шкафчики в поисках аптечки. Мне везет с третьего раза.

Схватив коробочку и сорвав крышку, высыпаю ее содержимое на пол. Перебрав все свертки, упаковки, разные баночки, нахожу флакон с перекисью и три упаковки бинта, после чего так же быстро вбегаю по лестнице. Набрав теплой воды в ванну, и погрузившись в нее, издаю стон. Вода мгновенно окрашивается в бурый цвет. Раны дико ноют, их жжет и нестерпимо колит. Но приходится терпеть. Схватившись с силой за бортики и сжав до скрежета зубы, с головой ухожу под воду.

Смыв с себя все следы крови, я вновь встаю перед зеркалом. Раны больше не кровоточат, но требуют обработки, поэтому раскрутив флакон с перекисью, плескаю жидкость на спину. Не без труда обматываю вокруг себя два рулона бинтов, чтобы избежать возможного подкравливания.

Высушив волосы и собрав их в пучок на затылке, открываю створки шкафа и быстро пробегаюсь глазами по многочисленным вешалкам и полочкам с одеждой. Необходимо что-то скрывающее бинты.

Натянув узкие черные джинсы, водолазку и всунув ноги в резиновые сапоги, разрисованные яркими узорами, я спускаюсь на кухню. Спину жутко саднит. Необходимо что-то сделать с этим.

Присев на пол возле распотрошенной аптечки, отыскиваю обезболивающее, после чего собираю все в коробочку и убираю ее на место. Запив две таблетки Тайленола стаканом сока, я накидываю кожаную курточку и, взяв сумку, выхожу на улицу.

На удивление дождя сегодня нет, через тяжелые облака проглядывают участки голубого неба, местами пропуская на землю теплые лучики солнца, приветливо ласкающие мою кожу. Я улыбаюсь и забираюсь в машину.

Таблетки начинают действовать быстро. Я не успеваю еще подъехать к школе, как ощущаю легкость и воздушность в теле. Голову покидают неприятные и тяжелые мысли, делая ее практически не весомой. Интересно, обезболивающее действует так на всех или только на подобных мне?

Странное ощущение мне нравится, оно напоминает действие алкоголя. По телу тут же пробегает судорога, заставляя крепче вцепиться в руль. В лечебнице, где я проходила принудительную реабилитацию, это называли «синдром отмены», только у остальных он протекает несколько иначе. Тошнота, рвота, озноб, боли в животе, слезотечение ничто для меня. Сложнее бороться с памятью, ведь стоит только вспомнить те незабываемые, дурманящие ощущения, как позвоночник выгибается от боли, конечности сводит судорогой, а тело вновь требует дозы.

Тряхнув головой, дабы отогнать нахлынувшие воспоминания и беря сумку, вылезаю из машины. Сейчас я просто не имею права сломаться и перечеркнуть все. Чарли этого просто не заслуживает - праведно кричит мой разум, а сердце сжимается в сладостном томлении воспоминаний, желая вновь пережить те необыкновенные ощущения. И в этот момент я практически готова послушаться его.

«А-ррр, Лилит, порой я тебя просто ненавижу», - рычу мысленно, посылая проклятия давней подруге.

Первые уроки проходят, как и вчера. Меня не спрашивают и, в общем, не обращают особого внимания. Что мне собственно на руку, так как мысли далеки отсюда. Я не переставая думаю об Эдварде Каллене и о том, кто он. Мне хочется подтвердить или опровергнуть свою догадку, а это возможно сделать, лишь прикоснувшись к нему.

Словно в усмешку, Отец оставил мне некоторые из ангельских способностей: я ощущаю приближение скорой смерти; могу чувствовать сущность человека – добродетелен он или носит зло в себе; могу забирать страдания, взамен даруя умиротворение.

Я вприпрыжку вбегаю в столовую, и быстро схватив коробочку сока, присаживаюсь на свое место в самый дальний угол. Не отрывая взгляда от пустующего стола, за которым вчера сидели Каллены, трубочкой прокалываю мембрану в коробке и делаю глоток. Проходит пять минут, вся столовая постепенно наполняется разношерстной публикой. Богатенькие мускулистые спортсмены с раскрашенными в розовое подружками. Ботаники, сидящие за столами с уткнувшимися в ноутбуки лицами. Готические девочки, протирающие попами столешницы. Нет лишь тех, ради кого я бежала сюда.

- Их не будет сегодня, - раздается над головой знакомый голос. Я поднимаю взгляд и вижу Джессику. – Они всегда в солнечные дни выезжают на природу, пикники там, охота…

Мечтательная зависть отражается на ее лице. Стараюсь приветливо ей улыбнуться. Она медлит, а затем, развернувшись, идет к другому столику

Весь остаток дня проходит ужасно. Спина ноет, горит и зудит. Хочется просто стянуть бинты и залезть под ледяной душ. Таблетки решаю не принимать, лишний раз не ставя себя на край пропасти.

В мыслях все время вертится образ Эдварда, заставляя немного отвлекаться от неожиданного недуга и происходящего вокруг. Зато все окружающие сразу вспомнили обо мне.

На литературе мисс Бронте задает письменное задание – описать свое страстное желание. Я задумываюсь, как мне кажется на секунду, а когда прихожу в себя, учитель уже собирает наши работы. Опустив взгляд на свой лист, вижу лицо Эдварда, нарисованное мной, причем довольно не плохо. Я не успеваю спрятать это художество. Бронте не глядя забирает бумагу, оставляя меня растерянно глядеть ей в след.

Но это оказывается только началом черной полосы.

По дороге к машине, ко мне привязывается какой-то парень, кажется Майк. Он всю дорогу что-то весело трещит под ухо, а я никак не могу сосредоточиться на его речи, все время теряя нить происходящего. Наконец подойдя к машине, ободряюще ему улыбаюсь и прячусь от всего этого гама в кабине. Но тишина чересчур давит на меня, поэтому включив стерео, откидываюсь на сиденье, стараясь хоть немного расслабиться. Но расслабиться не получается - раны мгновенно дают о себе знать. Тогда, обессилено стукнув кулаком по рулю, завожу мотор и направляюсь домой.

Решив вновь приготовить ужин, я, как и вчера нахожу рецепт в интернете. Но сегодня все изначально идет не так. Сначала загорается подсолнечное масло, опаляя полотенце, висящее на плече. Потом сгорает курица. И под конец я пересаливаю салат.

Приехавший Чарли застает меня всклокоченную, с одуревшими глазами перемазанную сажей. Вдоволь насмеявшись, он заказывает пиццу и уходит смотреть бейсбол.

Я же, вся взъерошенная и грязная, с урчащим животом, бреду в ванную, чтобы хоть там немного прийти в себя. Схватив по пути новую пижаму и упаковку бинта, я набираю воду. Скинув всю одежду и зашвырнув ее в угол, я, не разматывая бинтов, погружаюсь в прохладную воду. Жар и ноющая боль притупляются, только жжение становится более отчетливым. Отмочив повязку, аккуратно ее разматываю и выкидываю.

Осмотрев раны в зеркале и удовлетворившись их состоянием, вновь наматываю несколько туров, и, надев пижаму, прохожу в свою комнату. Застелив новое постельное, обессилено падаю на кровать. Стону и переворачиваюсь на живот.

Все это дико странно и совершенно не объяснимо. Как могли вновь вскрыться старые раны? Такое происходит впервые за все время. В голову лезут разные дурацкие толкования. Но одни из них малоправдоподобные, в другие не хочется верить.

Прикрыв глаза, зеваю и чувствую, что погружаюсь в сон.

- Мари, пицца… - слышу, словно сквозь туман, голос Чарли. Сил спуститься или даже ответить нет. Мысли начинают путаться, и я засыпаю…

***


Следующий день оказывается не лучше предыдущего. Будильник жестоко разрывает мой мирный сон. Еле разлепив глаза, тут же смотрю в сторону окна. Сквозь занавески сочится яркий свет, поигрывая разноцветными бликами на стенах. Перевернувшись на бок, издаю сдавленный стон. Мало того, что спина ноет нещадно, так еще тело затекло от однообразности позы, в которой я провела всю ночь. Скатившись с кровати, подхожу к окну и, распахнув его, вглядываюсь в небо. Хоть местами его заволакивают тяжелые темные облака, оно голубое, и вся зелень вокруг переливается на солнце, отливая всевозможными оттенками.

Я уже начинаю ненавидеть солнце, понимая, что и сегодня не увижу Каллена.

Совершив свои обычные утренние процедуры с наматыванием бинтов и выбором скрывающей их одежды, спускаюсь на кухню. Чарли как обычно нет, поэтому в одиночестве позавтракав, я накидываю на плечи кожаную куртку и, взяв увесистую сумку, направляюсь в школу.

Остальная часть дня проходит монотонно, лишь литература выбивается из чрезвычайной однообразности.

В процессе раздачи вчерашних работ, я готова сгореть со стыда или хотя бы провалиться на месте. Поэтому, видя в уголке листочка «А», впадаю в шок и крайне удивленная поднимаю взгляд на мисс Бронте. Она сидит и внимательно смотрит на меня, в ее глазах читается странное лукавство и понимание. Я еще больше краснею, и быстро прячу листок в сумку, стараясь больше не встречаться с ней взглядами.

Приехав домой, не решаюсь что-либо приготовить, поэтому достав остатки вчерашней пиццы, запихиваю их в микроволновку и ставлю чайник.

Не дожидаясь Чарли, быстро перекусываю и поднимаюсь к себе. Нужно сделать домашние задания. Быстро с ними покончив, спускаюсь поприветствовать Чарли. Он сидит в гостиной на диванчике и увлеченно смотрит какой-то матч, в руках держа бутылку пива, в коробке рядом лежат куски пиццы. Услышав мои шаги, он оборачивается.

- Привет, детка, - улыбаясь, говорит Чарли. – Как день?

Я неопределенно пожимаю плечами и присаживаюсь на подлокотник рядом. Мы просто сидим и молчим. За время моего знакомства с Чарли, я поняла, что он не слишком общительный и не навязчивый человек. Это вызывает во мне еще большую симпатию к нему. Ведь иногда приятно просто помолчать.

Просидев так минут пятнадцать, я начинаю зевать.

- Кажется, тебе пора спать, - целуя меня в лоб, произносит Чарли. – Я досмотрю и тоже пойду.

Послушно встаю и плетусь к себе. Быстро умывшись, переодевшись, и приоткрыв окно, что бы дать доступ свежему воздуху, валюсь на кровать и еще раз зевнув, чувствую, что погружаюсь в сон.

«Только бы…погода…испортилась», - последняя несвязная мысль.


Источник: http://twilight-saga.ru/forum/15-2284-2
Категория: Слэш и НЦ | Добавил: kurets (04.10.2010)
Просмотров: 506 | Комментарии: 11
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Все люди [8170]
Общее [507]
Альтернатива [5693]
Продолжение саги [1586]
Актерская жизнь [2379]
Отдельные персонажи [829]
Стеб [238]
Слэш и НЦ [3327]
Флешбек [48]
Мини-фики [492]
Наши переводы [2376]
Кроссовер [278]




Реклама и ссылки на другие сайты в чате запрещены


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Администраторы
Модераторы
Дизайнеры
Переводчики
Старейшины
VIP
Творческий актив
Проверенные
Пользователи